В начало
Военные архивы
| «Здания Мурманска» на DVD | Измерить расстояние | Расчитать маршрут | Погода от норгов |
Карты по векам: XVI век - XVII век - XVIII век - XIX век - XX век

Избранная глава из книги В. В. Марушевского “Белые в Архангельске”1

Воспоминания командующего Северной армией генерала В. В. Марушевского, занимавшего в 1917 году должность начальника Генерального штаба, активное принимавшего участие в формировании белых частей на Севере. До августа 1919 года командовал Северной армией.


[28]

Мурманск

Я проспал на нашем пароходе довольно долго. Когда, одевшись, я вышел на палубу, то был поражен красотой развернувшейся передо мною картины. В это ноябрьское утро в Мурманске, как редкий случай, была солнечная погода. Величественный, может быть, чуть не первый в мире незамерзающий рейд, способный вместить флоты чуть ли не всей Европы, окружен покрытыми снегом горами. У подножия гор на восточной стороне лепится городок, кажущийся издалека даже красивым. Убожество деревянных построек издали не замечается. Грязи и хлама, в изобилии валяющегося повсюду, не видно.

Мурманский край, 1917-1919 г.

Этому уголку предстоит большая будущность. Во время моей работы по должности генерал-губернатора мне не раз приходилось держать в руках план разбивки Мурманска, составленный еще во время проектирования постройки железной дороги, соединяющей этот порт с Петроградом. Разбивка города была спроектирована какою-то большою знаменитостью по этой части в Европе, и первые постройки были поставлены в строгом соответствии с этой [29] разбивкой. Вдумываясь в этот план и зная лично местность и природу, я всегда видел перед собою грандиозный порт, обслуживающий всю Россию, и развернувшийся около него на обоих берегах бухты богатый, красивый город, залитый электричеством, изобилующий отелями, дворцами, кишащий сотнями тысяч жителей. Это будет. В торговом отношении Мурманск будет играть гораздо более важную роль, чем Владивосток, еще 50 лет тому назад представлявший собою ничтожную деревню.

Долго не удавалось причалить, но вот, наконец, затрещали сваи и доски пристани, застонала обшивка нашего парохода, и мы у цели.

Мурманский край, 1917-1919 г.На берег не пускают. Тут и английский контроль, и собственная портовая полиция, и еще какие-то власти.

С большим трудом мне удалось послать записку Звегинцеву. Николай Иванович сам пришел на пароход, вызволил меня из моего плена и увел к себе в вагон, в котором он жил вместе с капитаном 2 ранга Веселаго.

Я рад был попасть прежде всего к нему и от него лично узнать всю ту действительность, до которой нельзя было добраться ни в Стокгольме, ни в пути.

История Николая Ивановича Звегинцева глубоко поучительна.

Генерал Звегинцев, прибывший в Мурманск в качестве частного человека, искавшего просто средств к жизни, принял не только деятельное участие во всей эволюции края, но и был вдохновителем и руководителем всей реконструкции власти и призвания союзников.

Организация заговора, поднятие национального чувства в членах совета, наконец, решимость этого совета порвать с Москвою и войти в соглашение с союзной эскадрой на рейде — все это было внушено, разработано и сделано Звегинцевым и капитаном 2 ранга Веселаго, причем оба они не раз в переговорах с большевиками проходили по касательной — к «стенке».

Переворот совершился. Союзниками был спущен какой-то ничтожный десант, и Совдеп, красный по [30] существу, остался тем же красным Совдепом, нас ориентацией на порицание Брестского позора и объявленной верностью союзникам.

Мурманский край, 1917-1919 г.Вот почему красные финны, бежавшие из Финляндии при оккупации таковой немцами и финскими егерскими батальонами, сформированными в Германии, нашли себе приют в Мурманском крае и были использованы как активная сила против агрессивных замыслов Финляндии, подпертой немецкими оккупационными войсками.

Генерал Звегинцев, работая все время рука об руку с представителями местной власти, по-прежнему красной, добился возможности мобилизации и русских формирований. Ясно, что эти войсковые части не могли лепиться по образцу старой императорской армии, но ведь надо было делать что-то для организации обороны края. Как Звегинцев, так и Веселаго, все время сдвигая общественное мнение вправо, тем не менее должны были время от времени идти на уступки и компромиссы с левыми.

Я совершенно ясно отдаю себе отчет во всей трудности этих, скажу, подвигов. Не трудно в революции выжидать и затем садиться на готовое. Куда труднее, опаснее и невыгоднее вот эта подготовительная работа, которая всегда приводит всех ее участников к трагическому концу.

С созданием в Архангельске Северного правительства, власть которого распространялась и на Мурманский край — в этом последнем был произведен фактически второй переворот, так как Совдеп в конце концов был упразднен и власть в крае вручена В. В. Ермолову, который, собственно, и являлся генерал-губернатором.

Ясно, что положение Звегинцева и Веселаго, бывших все время в рабочей связи с прежним Совдепом, стало очень трудным.

Вот именно этого-то и не могут понять многие представители реакционных течений. И Звегинцев, и Веселаго, я считаю, сделали в крае больше, чем все те, которые работали после и не удержали края в руках. А между тем, от несправедливых нападок справа не мог спасти их ни я, ни покушения левых, в одном из которых Веселаго [31] получил, кажется, 16 ран. Местная следственная комиссия, между прочим, утверждала, что это покушение было подстроено самим же Веселаго, для самореабилитации. Достаточно сказать, что взрывом бомбы был разнесен целый угол домика, в котором жил Веселаго.

Мурманский край, 1917-1919 г.Когда в десятых числах ноября 1918 года я входил в вагон Николая Ивановича, он числился еще командующим войсками района, и в этот момент я, конечно, не знал еще того, о чем написал в предыдущих строках.

Первое, что мне объявил генерал Звегинцев, — это было то, что он последний день находится у власти и сдает должность полковнику Нагорнову, бывшему командиру батальона и заведующему хозяйством в 7-м Финляндском стрелковом полку, которым я командовал до моего назначения во Францию.

В долгой беседе Николай Иванович выяснил мне всю картину организации власти и формирования войск в краю и беспристрастно рассказал о всех трудностях и неприятностях, с которыми ему пришлось считаться в последнее время.

Фактически полным хозяином края был британской службы генерал Мейнард, которым командовал всеми оккупационными силами союзников.

Здесь я должен оговориться, что пишу без достаточного количества документов в руках и потому затрудняюсь дать точное перечисление сил союзных войск, занимавших край. В свое время это считалось военной тайной, а потому все эти ведомости хранились в архивах, с возможными предосторожностями.

Мурманский край, 1917-1919 г.В эту эпоху все силы союзников были примерно следующего состава: англичан — около бригады пехоты весьма сборного состава; итальянцев — 1 батальон; французов — 2–3 батареи; сербов — 1 батальон отличного состава людей и офицеров, отборная воинская часть; американцев — помнятся лишь части специального назначения (саперы и железнодорожники). Сюда же надо отнести эскадру, довольно сильного состава, которая всегда могла высадить десант в несколько сот человек. [32]

Что касается до формируемых русских частей, то едва ли все наши силы превышали в общей сложности две роты пехоты. В сущности, к этому времени едва успели набрать кадры, которые представляли собою отдельные взводы. На фуражках эти войска носили Андреевский крест, сделанный из жести. Погон у офицерского состава не было.

Русские солдаты произвели на меня грустное впечатление. Мобилизация в безлюдном Мурманском крае давала ничтожные результаты. Попадавшие по призыву в войска пришлые люди из состава рабочих «Мурманстройки» (Мурманской железной дороги) были в состоянии постоянного брожения и сильно пониженной нравственности. Кстати сказать, в составе этих прежних рабочих партий была масса китайцев, которые остались в виде бродяг на всем протяжении железнодорожной линии. Эти элементы были просто страшны.

Отношения между вновь формируемыми русскими частями и английским командованием не ладились. Думаю я, что большинство русских людей искренно верили в то время, что англичане пришли помочь восстановить нашу родину, тогда как на самом деле это была просто оккупация края по чисто военным соображениям. Оккупация несла за собою известного рода насилие, необходимое, может быть, с чисто военной точки зрения и совершенно непонимаемое местными жителями, верившими, что перед ними только бескорыстные друзья.

Мурманский край, 1917-1919 г.Генерал Звегинцев отлично владел английским и французским языками. Ему многое удавалось смягчать, разъяснять и избегать острых углов и столкновений. Но все же, как я уже разъяснял выше, генерал Звегинцев мог оставаться в своей должности лишь временно, так как обстановка усложнялась с каждым днем.

Чтобы нарисовать более определенно линию, взятую английским командованием на Мурмане, я должен прежде всего начать с описания, пожалуй, самого крупного изобретения чисто английской складки. Я хочу говорить о «самоопределении», по почину англичан, [33] части русского населения области в «самостоятельную Карелию», с собственными карельскими войсками. Все горе наше на Севере, главным образом, состояло в том, что сыны гордого Альбиона не могли себе представить русских иначе чем в виде маленького дикого племени индусов или малайцев, что ли. Этим сознанием своего великолепия также страдали и все те приказчики из петроградских магазинов и мелкие служащие петроградского стеаринового завода или нитяной мануфактуры, из которых британское военное министерство понаделало капитанов, майоров и даже полковников и богато снабдило ими Северный экспедиционный корпус. Вся эта мелкота как будто отплачивала русской интеллигенции за годы своего прозябания до войны на скромных должностях своих фабрик.

Русское мнение, исходящее от людей даже высокостоящих в императорской России, встречалось англичанами с добродушным снисхождением, похлопыванием по плечу и с той типичной английской веселостью, которая заставляет людей совершенно не различать, имеют ли они дело с очень умным и хитрым человеком или с совершенным простаком.

Результат этого русско-английского обмена мнений всегда был один и тот же. Англичане всегда все делали по-своему и всегда неудачно.

Вновь изобретенные карельские части были сформированы, обучены и вооружены англичанами весьма хорошо. Форма у них была совершенно как и в британской армии, но в виде отличия они носили на фуражке медный «трилистник». Карельский флаг также состоял из трилистника на оранжевом поле.

Офицеры этих частей были почти целиком назначены из рядов английских войск.

Трудно себе даже и представить, сколько политической нетерпимости, ссор, борьбы и затруднений внесло в жизнь края это формирование. Окрепшие впоследствии части эти не хотели подчиняться русскому командованию. Ценный для мобилизации элемент был [34] употреблен на организацию фантастических частей, а русские части было нечем пополнять.

В гражданскую часть управления краем это «самоопределение» внесло путаницу неописуемую.

Немного забегая вперед, я должен упомянуть, что всего лишь полгода спустя, я по просьбе того же генерала Мейнарда произносил речь этим самоопределившимся карелам, угрожая им всякими репрессиями за их недостойное поведение2.

Вместе с генералом Звегинцевым я нанес визит В. В. Ермолову — главе Мурманской краевой администрации. Василий Васильевич произвел на меня чарующее впечатление. Образованный, молодой, полный энергии — это был настоящий генерал-губернатор. Местные условия он знал уже великолепно и пользовался авторитетом не только среди администрации, но и среди населения края, самого разношерстного, а на линии железной дороги и беспокойного. Как это ни странно, но даже англичане считались с мнением Ермолова и искренно его уважали. [35]

От Ермолова я попал к генералу Мейнарду. Довольно еще моложавый, лет сорока может быть, он на меня произвел впечатление человека энергичного, здорового. Мы с генералом Мейнардом обменивались лишь общими впечатлениями и много говорили о войне и победе, ставшей уже совершившимся фактом.

Мурманский край, 1917-1919 г.Вечером я обедал у Мейнарда. Хорошо устраивались англичане даже и на Мурмане. Барак генерала был отлично отделан свежим деревом, циновками и сукном. Я обедал в кругу офицеров его штаба и адмирала, командующего эскадрой.

Обед был отличный, портвейн превосходный. Прислуга в белоснежных куртках, отлично обученная и выдрессированная. Никто не умеет жить с таким комфортом в самых необычных условиях, как это делают англичане.

На следующий день утром я получил приглашение прибыть к 7 часам вечера на английский крейсер, идущий в Архангельск.

Часам к шести за мною был послан моторный катер, который живо домчал меня до довольно далеко стоявшей громады крейсера, я вошел по трапу, команда отдала мне честь, и вот я — в капитанской каюте за отлично сервированным к обеду столом.

Моими спутниками до Архангельска оказались граф Мериндоль, о котором я уже упоминал выше, и г. Янг из состава дипломатической миссии в Архангельске.

Янг сразу заинтересовал меня своею осведомленностью и отличным знанием всех экономических вопросов в крае. Впоследствии Янг был начальником той эмиссионной кассы, которая выпускала в Северной области русские рубли, обеспеченные фунтами стерлингов.

Путешествие до Архангельска прошло совершенно незаметно. Я люблю море, чуть-чуть знаю его. Полтора дня на иностранном военном судне, возможность пробыть все это время на капитанской рубке, относительно хорошая погода — все это было удовольствием и отдыхом. [36]

К устью Двины мы подошли к полудню 19 ноября и бросили якорь, не входя в реку, далеко на открытом море. Навстречу нам вышла целая флотилия буксиров; на крейсере ожидали приезда из отпуска генерала Пуля и, как говорили, еще и русского какого-то начальства, что, вероятно, относилось ко мне.

Операция перехода на буксиры оказалась не из легких. Крейсер стоял как скала, но буксиры бросало до того, что ломало трапы.

Наконец мы на буксире. Покачало часа полтора в море, и вот мы вошли в Маймаксу — судоходный рукав Северной Двины. По обоим берегам замелькали огни.

Часам к 6 вечера показалось уже море огней, замелькали силуэты больших судов, церквей, каких-то башен. Показался Архангельск. В 7 часов вечера мы причалили к Соборной пристани, и я по мосткам сошел на мостовую города, где мне предстояло пережить грустную эпопею, которая кончилась эвакуацией.

Остальные главы этой книги можно прочесть здесь..


Примечания

[28]
1. Биография В.В. Марушевского на сайте "Хронос"

[34]
2. Этот карельский отряд начал формироваться в Кеми еще с конца апреля 1918 г. из бежавших от белофиннов крестьян (гл. об. бедняков и середняков) Ухтинского района. После захвата Кеми англичанами отряд был разоружен, но вскоре же вновь начал формироваться, на этот раз не под революционными лозунгами, а под националистическими: «Карелия для карел». Отрядами командовали английские офицеры. В августе 1918 г. он был двинут в Ухтинскую Карелию и к октябрю очистил ее от белофиннов! Весной 1919 г. англичане решили использовать карел для борьбы с Красной армией и переформировали отряд в «Отдельный Карельский батальон», предполагая направить на Петрозаводский фронт. В батальоне началось глухое брожение. Не помогли ни уговоры, ни угрозы, и в июне англичане вынуждены были при помощи сербского отряда расформировать карельские войска, разместив карел по отдельным полкам Северной армии. (Примеч. ред.)

 

© Иллюстрации из фотоальбома «Гражданская война на Севере России глазами британцев» (СПб, изд-во «Гамас» 2008 г.)

© OCR Андрей Мятишкин

© HTML И. Воинов, 2011 г.

| Почему так называется? | Фотоконкурс | Зловещие мертвецы | Прогноз погоды | Прайс-лист | Погода со спутника |
начало 16 век 17 век 18 век 19 век 20 век все карты космо-снимки библиотека фонотека фотоархив услуги о проекте контакты ссылки

Реклама: По материалам: http://www.fcshahter.ru/. *


Пожалуйста, сообщайте нам в о замеченных опечатках и страницах, требующих нашего внимания на 051@inbox.ru.
Проект «Кольские карты» — некоммерческий. Используйте ресурс по своему усмотрению. Единственная просьба, сопровождать копируемые материалы ссылкой на сайт «Кольские карты».

© Игорь Воинов, 2006 г.


Яндекс.Метрика