В начало
Военные архивы
| «Здания Мурманска» на DVD | Измерить расстояние | Расчитать маршрут | Погода от норгов |
Карты по векам: XVI век - XVII век - XVIII век - XIX век - XX век

Г. Ф. Гебель. Наша Лапландия. 1909 г.


[225]

2. Северно-Терский район.

Омывающие Терский берег воды бедны промысловой рыбой. Только в устьях некоторых впадающих в Белое море рек да в бухтах промышляют лопари семгу. За то места эти богаты весною тюленями, которые, ощенившись в более южных частях моря, выносятся с конца февраля на льдинах в океан большими стадами. Первыми появляются в этой местности самые молодые тюлени, носящие название “белок”, затем следуют более взрослые — “хохлуши” и “серки” и наконец вполне взрослые звери. Выходя в открытый океан, тюлени рассеиваются на лето и, появляясь у берегов Мурмана, наносят большой вред рыболовству, заставляя рыбу удаляться в глубь океана.

В местностях между Святым и Каниным Носами на севере и мысом Орловым на юге, а иногда и южнее последнего пункта до са[226]

Таблица: Пароход “Вельда”, 1883 г.

Пароход “Вельда”, 1883 г.

[228]

Таблица: Пароход “Вельда” 1884 г.

Пароход “Вельда” 1884 г.

[230]

Таблица: Пароход “Мурманец” 1884 г. Пароход “Эмма” 1885 г.

Пароход “Мурманец” 1884 г. Пароход “Эмма” 1885 г.

[232]мого горла Белого моря, охотятся весною, лавируя между плавучими льдами, специально снаряженные для боя тюленей и для плавания во льдах, пароходы и парусные суда. В поисках за зверем, смотря по обстоятельствам, суда то углубляются в пределы Белого моря, то совершенно его покидают, охотясь вблизи Мурманского берега, иногда на запад до меридиана Харловки, или уходя в востоку от Канина1. Вообще, тюленебои стараются по возможности держаться у краев плавучих льдов, не слишком далеко углубляясь в них, иначе они могут быть совершенно окружены льдами, затерты ими и вытеснены на берег, или быть затянутыми в самые дальние заливы Белого моря, теряя при этом и время, и промысел. Во время охоты за тюленями, главным образом за кожей (Phocagroenlandica), промышленники добывают, кроме того, моржей и единичные экземпляры не свойственных нашим морям видов тюленей, а порою и белых медведей. Последнее бывает лишь в виде редких исключений вблизи Лапландских берегов. Способ охоты на зверя весьма не сложен. Высмотрев с высоты мачты, к которой прикреплена бочка для приема караульного, стадо тюленей на льдинах, команда судов выезжает в лодках, стараясь по возможности пристать к льдине с тюленями с разных сторон, если она не слишком велика. Отрезанных от воды зверей убивают, или выстрелами из ружей, или просто ударами палок по голове, затем собирают убитых, снимают с них шкуры с салом и тащат их, связанными по нескольку штук вместе, или по льду, или в шлюпках на судно, где эти тюки шкур закупориваются или в боки (на парусных судах), или в железные цистерны, наполняющие корпус судна (на пароходах). В таком виде продукты звериного боя привозятся по окончании промысла к салотопленным заводам; лишь изредка на паровых судах вытапливают часть жира еще во время хода. О подробностях промысла см. цитированную выше работу Н. Смирнова “О морском зверином промысле на русских судах”.

Удача промысла, хотя и зависит много от погоды во время боя, но главным образом на ней сказываются опытность шкипера, командующего судном, и ловкость и смелость команды.

Шкипер или капитан должен уметь пользоваться шансами, не слишком много рискуя и не стесняясь вместе с тем углубляться в массы плавучего льда, когда от этого зависит успех дела. Краткая выписка из дневника естествоиспытателя Н. А. Смирнова, сопровождавшего весною 1901 г. парусный кутер “Помор” и весною 1902 г. па[233]роход “Св. Фока” во время промысла, лучше всего может служить доказательством сказанного.

“Отвалив 2 марта 1901 г. от пристани в Екатерининской гавани (Александровск), “Помор” вышел в море и попутным ветром достиг уже на другой день Нокуева острова, где стоял по случаю слабого ветра до 6-го числа. Дойдя 7-го до Святого Носа, промышленники нашли море покрытым до мыса Городецкого шугой (ледяной кашей), в которой шлюпки не могли двигаться, хотя видели тюленей на крепких льдинах. Ветер стих, стало морозно, явилась опасность замерзнуть в шуге; потому вернулись назад и стали на якорь за Иоканскими островами, куда вслед за “Помором” пришли яхты “Лидия” и “Лира”. От 7 до 14 марта шторомовали. 11-го убили в гавани 3 первых тюленей. Когда стихло, “Помор” и “Лидия” замерзли в шуге, так как быстро образовался “нанос” (новый лед”. 15-го можно было уже ходить по нему. 17-го числа прорубили команды обоих судов рынву во льду перед носом “Помора”, за которым стояла “Лидия”; суда поставили при крепком ветре все паруса и, проломав лед, вышли на свободную воду. Только 19 марта могли они выйти опять в океан, обогнули Св. Нос и между Поноем и Панфиловскими кошками убили нескольких моржей. Но уже 22-го состояние льдов заставило кутер после совещания с командирами охотящихся вблизи яхт, вернуться обратно в океан. С севера подошла масса льда. Пролавировав между густыми льдами до 26-го против ветра, кутер пробился в более безопасные места, на линию между Святым Носом и Канинским мысом, но и отсюда он должен быть уйти при поднявшемся сильном ветре с NW и вновь искать защиты за Иоканскими островами. До 4 апреля штормовали. В тот день, выходя, нашли хороший лед у Святого Носа и убили 66 тюленей. Погода стояла хорошая, и лед вместе с 6 промысловыми яхтами, зашедшими в него, и с зверями был отнесен на запад до Семи Островов. За это время убили: 5 апреля 152 зверя, 8-го 207, 9-го 215 и 10-го 217 штук. У самых Семи Островов началось обратное движение льда. 11-го убили 229 тюленей у Восточной Лицы (в том числе одного Halichoerus grypus). Перемена погоды и необходимость отстругать сало от шкур, которыми завален был весь трюм, заставили “Помора” выбраться из льда и зайти в гавань за Нокуевским островом, где стояли до 17-го, а потом перешли в Иоканскую гавань, где нашли 6 яхт и пароход “Фоку”, а также команду погибшей яхты “Ингеборг” помора Ланина, которая не выбралась заблаговременно из Белого моря и 22-го марта, во время удачной охоты, была окружена сплошным льдом, прижата к берегу и раздавлена у м. Городецкого. Вскоре пришлось “Помору” выйти в [234] море, не смотря на сильный шторм. Гавань наполнилась загнанным туда штормом льдом.

Выбравшись благополучно из льда, кутер вышел в море, направившись вдоль краев льда на запад, был чуть-чуть не прижат ими у Нокуева к берегу. Пришлось форсировать, к счастию, уже ослабший лед и, выбравшись на чистую воду, отправиться в Териберку, куда прибыли 25 апреля”.

Вся добыча за этот рейс — 1135 пудов сала, 265 пудов шкур тюленьих и 11½ пудов шкур моржовых — была продана за 2208½ руб.

Таким образом “Помор” наполнил свой трюм, разумно пользуясь случаем, за немногими исключениями, добычей 4-11 апреля, т. е. в течение одной недели. Добыча “Ингеборга”, оставшегося в Белом море, когда грозила опасность и другие яхты его покинули, была далеко богаче, но судно погибло вместе с нею. 11 мая “Помор” вторично вышел на промысел, наткнулся на лед только у Канина Носа, где убили первых тюленей. Затем до 14 крейсировали около Колгуева и между островом и Тиманским берегом, охотясь с малым успехом. 14-го пошли к Новой Земле. Льды и частые туманы мешали успешному промыслу; крейсируя у западного и южного берега Новой Земли, убили весьма мало зверя, и, не находя его и в Карском море, куда вошли черезКарские ворота 18-го июля, вернулись обратно в Александровск 27-го июля.

Всего на этот раз убито было:

Моржей 4
Белый медведей 1
Морских зайцев (Erignathus barbatus) 80
Кож (Phoca groenlandica) 40
Нерп (Ph. foetida) 13

да несколько оленей, которыми пополняли провизию.

Добыча продана была за 911 руб. 47 коп., что составляет, с весенней добычей ценность в 2208½ руб., общий заработок в 3120 руб., довольно хороший для судна типа “Помор”.

Другую картину представляет плавание в 1902 г. на пароходе “Св. Фока”. Пароход, конечно, может больше рисковать, нежели яхта. Ему не грозит опасность замерзнуть в шуге; он не зависит от часто гибельного для парусных судов штиля. Но и паровое судно должно остерегаться, ибо может быть затертым в непроходимые и для него льды; пример рейса “Фоки” это наглядно доказывает. Выйдя 14-го февраля из Екатерининской гавани, пароход был 16-го у Святого Носа. 17-го он вошел в Белое море, покрытое шугой, 18-го был у Орловского маяка и вошел на SO от маяка в крупный лед. 19-го были убиты первые тюлени. [235]

Во льдах вблизи Орлова было убито до 2 апреля слишком 4500 штук тюленей. 6-го поднесло пароход так близко к мысу Орлову, что возможно было разглядеть людей на берегу; часть добытых шкур была погружена; 7-го положение льда было столь выгодно, что возможно было бы погрузить все оставшиеся еще в кучах на льдинах шкуры и пробраться обратно в океан. Но, по случаю воскресного дня, бездействовали. 8-го начался шторм от N, лед сплотился, и судно начало гнать на юг. 11-го апреля принесло его к Сосновцам, с 12 по 16 пронесло штормом с NO мимо Пулонги, а 26-го дотянуло до Турьей горы в Кандалакшском заливе, где окруженный льдами пароход бездействовал до 1-го июня; освободившись, наконец, когда лед начал таять, “Св. Фока” направился в Архангельск.

Оплошность 7 апреля стоила много пароходу, так как он, выбравшись опять к северным краям льда, мог столь же удачно продолжать промысел, как некоторые яхты, которым удавалось два раза возвратиться обратно ко льдам, после увоза полного груза зверей в Варде. Промысел в 4500 добытых “Фокой” кож следует считать для парохода весьма слабым. Он едва покрывает расход.

Из этих двух примеров наглядно видно, на сколько удача промысла с судов зависит от опытности капитана и команды судна.

Далеко опаснее промысел прибрежных жителей при помощи лодок, который, впрочем, производится главным образом в более южных частях моря. Смотря по направлению ветров, он удачнее то на западном, то на восточном берегах Белого моря. Главная опасность состоит в том, что внезапными штормами далеко уносит лет от берега и промышленникам приходится много перетерпеть от холода и голода на льдинах и в маленьких приспособленных для перетаскивания через льдины шлюпках. Хорошо еще, если промышленник может добраться до противоположного берега благополучно. Но не всякому удается это, и не малое количество прибрежных промышленников погибло среди льдов; не мало их едва-едва спасло свою жизнь, пожертвовав всей с трудом напромышленной добычей.

Промысел тюленей в Белом море начинается рано, в декабре (по данным Н. Я. Данилевского). Первый его период, стрельный, начинается около средины этого месяца и продолжается до начала февраля. Им занимаются жители южных частей Зимнего берега. Тюленей стреляют с берега и на льдинах с лодок, причем промышляют маленькими артелями, в 3 человека, исключительно взрослых тюленей. С начала февраля начинается промысел выволочный. Промышляют между Мудьюгом и Мезенской губой до половины марта. Промысел разделяется на две части: Зимнегорский до 1-го марта и Кедовский с [236] 1-го до 20-го марта. На этот промысел съезжаются 1500-3000 человек. Во время Зимнегорского бьют старых и белок для шкур; на Кедовском добывают преимущественно серок и хохлушек, весом в 1 пуд и более. На Зимнегорском промысле промышленники идут с льдами, на Кедовском живут на берегу в ожидании, пока зверь пронесется на льдинах мимо. Название “выволочный” промыслу дано потому, что стараются как можно скорее выволакивать убитых зверей на берег. 3-ий улов, носящий название Устьинского, Неренского, Загребного, производится в течение апреля месяца в Мезенском заливе, когда кожа заходи в Мезенскую губу. Им занимаются около 800 человек.

4-ый улов, Капустинский, начинается с средины марта и продолжается до начала мая. Промышляют серок и взрослых, идущих в океан.

Во время промыслов последних двух периодов играет важную роль, как точка опоры, остров Моржовец, где собираются иногда до 3000 человек.

Старых тюленей или кож называют промышленники: самца — лысуном, самку — утельгой. Первый дает сала от 3 до 7, вторая от 3 до 4 пудов. Только что рожденные тюлени носят название белок; ценятся они преимущественно из-за шкур; сала же дают они от 3 до 5 фунтов. После первой линьки тюлень называется хохлушей, весом с салом около пуда, а потом серкой, весом с салом 1-1½ пуда.

Другая порода тюленей, которую промышляют в Белом море, носит название морского зайца (Erignattusbarbatus). Она дает от 5 до 10 пудов сала, 3-я порода — нерпа (Phocafoetida) дает от ½ до 1½ пуда сала2.

По мнению г. Данилевского, больше 80.000 пудов навряд ли промышляют в течение одной весны.

По Данилевскому вывозилось ворвани:

В 1841 г. 36.800 пудов  
1842 42.900  
1843 38.800  
1844 39.500  
1845 15.500  
1846 55.500  
1847 46.000  
1848 16.600  
1849 68.500  
1850 49.800  
1851 40.300 [237]
1852 28.200  

1853

40.500

 

1854

5.400

Крымская война

1855

1856

60.500

 

1857

21.100

 

1856

42.800

 

1859

18.700

 

О результатах звериного промысла за последние годы я составил таблицу на основании данных Архангельского статистического комитета. К сожалению, в них нет отдельного указания на количество добытых зверей с берега и с судов, да кроме того сюда же включен и результат прибрежного промысла, хотя и весьма слабо развитого у западного и южного берегов Белого моря. Но, в виду незначительности промысла вне пределов горла, восточного берега и северной части Белого моря и того обстоятельства, что цифры комитета, надо думать, скорее ниже, чем выше действительных, я могу смело привести их, как выражение результата звериного промысла Терского района и противоположного берега. Необходимо, кроме того, отметить, что данные за разные годы неодинаково обработаны статистическим комитетом, что не дает возможности произвести желательных результатов.

 

Таблица: Результаты звериного промысла, по сведениям Архангельского статистического комитета.

Результаты звериного промысла, по сведениям Архангельского статистического комитета.

[238]

Что касается моржового промысла, то таковой уже не существует в качестве самостоятельного промысла. Моржи убиваются теперь только случайно во время охоты за тюленями из ружья, причем стараются зацепить предварительно зверя гарпуном, чтобы его не потерять в случае, если он, раненый пулей, бросится в воду. Моржи встречаются ныне на льдинах в пограничной с океаном части Белого моря и далее на восток. На запад от Святого Носа они попадаются очень редко. Большими стадами водятся моржи теперь лишь у малодоступных берегов Земли Франца Иосифа.

Насколько же моржовый промысел развит был еще в конце XVIII-го столетия, видно из прилагаемой при сем таблицы, заимствованной из книги Пошмана (стр. 125).

3. Южно-Терский район.

а) Лов семги.

На южно-терском берегу главную роль, помимо звериного промысла (о котором сказано выше), играет лов семги; в западных же его частях годами ловится селедка, иногда и навага.

Как и у берегов мурманских заливов, здесь добывается весенняя, летняя и осенняя семга; лов ее производится разными способами — у берегов моря, перед устьями рек и в самих реках.

Орудиями лова3 служат заборы, завески, гарвы, заколы, рюжи, мережи, поездки и поплавни. Лов начинается почти месяцем позже, чем на Мурмане. “Закройка”, т. е. весенняя семга, является, по Данилевскому, не раньше конца мая, начала июня. Она подходит к берегам, яко бы, уже с сильно развитыми икрой и молоками.

Эти данные Данилевского, сообщенные, вероятно, со слов его людьми, недостаточно знакомыми с промыслами семги в разных реках Терского берега, настолько же не точны, как и его описание начала осеннего лова в Поное. Присутствовав при нем в этом году, я намерен опубликовать результаты моих наблюдений в отчете Мурманской экспедиции за 1903-1905 года. Здесь укажу лишь следующее: 1) весенняя семга подходит к устьям Поноя в конце мая, как и на Мурмане с малоразвитыми, а не со зрелыми, половыми органами, и [239]

Таблица: По сведениям Пошмана, между прочими товарами привезено было в Архангельск.

По сведениям Пошмана, между прочими товарами привезено было в Архангельск

[240]

2) ход осенней семги, хотя начинается уже с августа, принимает самые широкие размеры только в конце этого месяца и в начале сентября. Осенняя семга остается в Поное подо льдом до весны, но ловится здесь только случайно, потому что река, за исключением мелких каналов, замерзает до дна, между тем как в водах более глубокой Варзуги, по словам понойского священника отца Шмакова, она ловится подо льдом всю зиму в гарвах. По его рассказу, главная масса осенней семги входит в Варзугу только в конце сентября, и ход рыбы продолжается, как в Варзуге, так и в Поное, до появления “сала” или “шуги” на реке — в Варзуге в начале ноября, в Поное в конце сентября.

Зимний лов в гарвах подо льдом в Варзуге указывает, как нельзя лучше, на зимовку семги в более или менее значительных количествах вблизи устьев рек и дает повод предполагать, что семга не нерестится правильно каждый год.

Ловимая в Варзуге и Умбе рыба весит в среднем около 7 фунтов4. В конце июня, начале июля является межень (“тинда”) весом от 4 до 5 фунтов, в виде исключения до 8 фунтов5, а в начале августа идет самая ценная, “чистая”, осенняя рыба. Она несколько большее весенней, половые органы ее не развиты; ход этой рыбы продолжается до появления на реках шуги, т. е. до начала замерзания. Понойская взрослая семга размерами стоит обыкновенно между мурманской и “варзугой”; по заметкам, переданным мне рыботорговцами, межень или тинда — одинаковых размеров как в Белом море, так и в океане.

В то время, как гавры, невода, тайники, кильноты и завески употребляются при ловле семги перед устьями рек, отчасти в самих устьях по берегам заливов, главным орудием в реках служат заборы с тайниками, а в Поное — поезда. Забор устраивается, смотря по местным условиям, раньше или позже летом, следующим образом.

Поперек реки ставится ряд козел, устроенных из двух рядов заостренных на нижнем конце бревен, “щипов”, с “расщепами” в выходящих из воды концах бревен. В расщепы щипов вставляют горизонтальные бревна, носящие название “перекладин”. Щипы укрепляются “ногами”, т. е. двумя вбитыми наклонно бревнами. Сходящиеся вне воды концы ног и выдающиеся из-за перекладины концы щипов обвивают “вицами” (прутьями вербовыми или еловыми, или же [241] весьма вязкими тонкими разветвлениями корней ели). Каждая пара щипов с 4-мя ногами и перекладиной образует “голову”. На конце перекладин делаются с каждой стороны по две зарубки, в которые вставляют “сляги”, т. е. жерди, то перекинутые с одной перекладины на другую, то воткнутые в дно реки, для образования основания для решетки, устроенной или из щитов из дранок, или из переплетов. Эта решетка, которая специально преграждает путь рыбы, называется “тарьей”. Промежуток между торчащими в разные стороны концами сляг переплетается, и образованный таким образом двугранный угол заваливается камнями, с целью сделать забор по возможности устойчивым; над ним из досок устраивается подобие мостика. В тарьях оставляются промежутки — “нерши”, и над ними строится помост. В этой нерше устраивается “тайник”, из которого рыба выйти уже не в состоянии и вынимается через известный промежуток времени. “Тайники” делаются пятиугольной формы из жердей, скрепленных между собою вицами. Ловля в заборе в Поное продолжается до конца сентября; с начала этого месяца ловят, кроме того, ниже забора гарвами, поездами. В морских заливах ловят только засеками, с какого-нибудь мыса с обращенными к морю отверстиями. Ниже приводится таблица уловов, составленная по отчетам Архангельского статистического комитета, страдающая теми же недостатками, на которые я указывал выше. Хотя таблица эта и не может претендовать на точность, но из нее все-таки видно, что количество вылавливаемой в течение двадцатилетнего периода семги не уменьшилось против уловов шестидесятых годов.

Данилевский замечает, что ловля семги вряд ли превышает на Терском берегу 20.000 пудов, в среднем, в год; то же самое мы видим и в приведенной таблице. Количество годовых уловов подлежит известным колебаниям, причем самый богатый улов замечается в 1884 г. (к сожалению, нет указания для Тетрино), а самый слабый в 1880 году.

Касательно заготовления семги впрок, замечается в последнее время большой прогресс на Мурмане, в особенности с появления в Коле скупщиков из Петербурга, братьев Бараковых, принимавших по контракту у лопарей на Туломе свежую семгу по определенной цене. Фирма эта устроила там ледники современной архитектуры и стала солить рыбу по всем правилам искусства, вследствие чего, конечно, ценность ее значительно повысилась.

В Кольском заливе кольским купцом Шершегом устроены ледники для хранения семги, купленной у промышляющих в Кольской губе лопарей. Если не ошибаюсь, она сбывалась в замороженном виде [242]

Таблица: Результаты улова семги на Терском берегу.

Результаты улова семги на Терском берегу

в Англию. Кроме того, и в Средней губе промышленник Шёстронд заготовляет семгу весьма тщательно для отправки в Норвегию на коптильни, а на Терском берегу, в Поное, я заметил весьма тщательную заготовку рыбы, отправляемой для продажи в Архангельск и Петербург.

Кроме того, необходимо указать, что семга начинает привлекать в Лапландию англичан. В разных реках,а преимущественно в Туломе, у порогов спортсмены ловят семгу удочкой (на мушку), уплачивая лопарям за право лова весьма приличное вознаграждение и пользуясь лишь тою семгою, которая идет для стола. На берегу Туломы, в двух местах, у Кривца и у порога ниже Кривца, устроено по домику солидной постройки, в котором спортсмены проводят несколько недель в течение лета. Порою такой лов дает прекрасные результаты. Несколько лет тому назад 2 лорда, платившие лопарям Нотозерского погоста 750 рублей аренды, наловили вдобавок еще для них 250 пудов семги, ценою в то время по 6 рублей за пуд на месте. Общество англичан, с которым я встретился на пароходе в 1896 г., состоящее из мужа, жены и взрослого сына, наловило в течение 2-х недель слишком 2.000 фунтов на реках Западной Лице и Титовке. [243]

Мне кажется, что как на Нотозере, так особенно на берегу Поноя и Варзуги, легко было бы устроить заводы для вывода мальков, путем искусственного оплодотворения лососевой икры.

б) Лов сельдей.

Главный лов сельди у берегов Лапландии концентрировался до последнего времени в Кандалакшской губе. Сельдь ловится здесь в четыре периода, которые, по сведениям, собранным в 1895 г. у промышленников, носят названия: Егорьевский лов, Заледный, Ивановский и Осенний.

Егорьевский лов производится подо льдом около 23 апреля (день Св. Георгия). Рыба ловится мелкая, на пуд идет ее 200-250 штук. Икра зрелая. Заледный промысел производится после вскрытия моря и после нереста. Нерестится, следовательно, селедка в Кандалакшском заливе подо льдом, в мае месяце. Ивановская селедка бывает опять икряная, крупная (70-100 штук на боченок в 34 фунта, 80-120 рыб на пуд). Осенняя сельдь — самая жирная, без икры6. [244]

Лов сельдей производится в Кандалакшской губе неводами. В Умбе и Кузомени егорьевской и заледной селедки нет. Кузомень вообще последний пункт южного побережья Лапландии, у которого ловится селедка, уже в очень незначительном количестве; здесь она попадается только в мережах.

О ловле сельдей мы встречаем данные только в отчетах комитета для Кандалакши и Умбы; по ним было наловлено:

В 1900 г. . . . . . . 198 пудов
1899 . . . . . . 1625
1898 . . . . . . 1590
1897 . . . . . . 1000 бочек
1896 . . . . . . 4284
1891 . . . . . . 37500
1890 . . . . . . 1100
1889 . . . . . . 52000
1883 . . . . . . 11900
1881 . . . . . . 900 возов.

Из этих цифр никаких заключений делать нельзя; можно только сказать, что в течение последнего пятилетия селедка ловилась меньше, нежели в конце 80-х и начале 90-х годов, и что таким образом лов селедки показывает тенденцию к падению. В иные годы (в 1895 г., например) вдоль всего Корельского берега и в Кандалакшском заливе вовсе не ловилась селедка.

в) Лов наваги.

Лов наваги вдоль Терского берега — ничтожен. Ловится она зимою удочками в прорубях во льду.

4. Внутренний район.

Главным предметом рыболовства во внутренних водах, где исключительное право лова принадлежит лопарям, является семга. К сожалению, вследствие весьма нерациональной обработки статистического материала, нельзя выделить результатов лова во внутренних бассейнах от лова в устьях рек или в соседних с устьями морских заливах. Поэтому я причисляю всю пойманную на Мурмане семгу к уловам во внутренних водах, а семгу, добытую на восточно- и южно-Терском берегу (в лове которой участвую лопари Каменского и Сосновского погостов) — к рыбе,пойманной в море. При приблизительном равенстве уловов и там, и тут, в результате не получается особенной ошибки. [245]

По свидетельству г. Солдатова. специально исследовавшего семожий промысел в 1902 г. (и позже), лопари промышляют семгу главным образом в Туломе и по берегам Кольского залива, причем они отчасти сами производят лов, отчасти отдают его в аренду. Местами они сбывают рыбу по вольным ценам, кому попадется, местами по ценам, предложенным скупщикам на торгах, или по особенным условиям со скупщиками. Кое-где лопари сами солят рыбу, но по большей части сдают ее в свежем виде скупщикам. Хотя семга ловится русскими у берегов Лапландии и в Белом море уже много сотен лет и ценится высоко, как рыба замечательно вкусная, биология ее все-таки еще весьма мало известна. Мы несколько знакомы только с жизнью этой рыбы в пресных водах; об ее жизни в пучинах океана мы не имеем буквально никаких сведений.

Ни одной семги, судя по литературным данным, еще не добыто вдали от берега и устьев рек в открытом море и ни одной семги или остатков ее не найдено в желудке пойманных там крупных хищников.

В этом направлении и работы Мурманской научно-промысловой экспедиции не дают никаких еще намеков; зато жизнь рыбы в пресноводных бассейнах подвергалась тщательному исследованию со стороны ассистента экспедиции Солдатова, опубликованному в отчете экспедиции за 1902 год. Пользуясь этой работой7, дам краткий очерк жизни семги в пресных водах с того момента, когда она вступает в район заливов (специально Кольского) и входит в реки.

Главной побудительной причиной к приближению семги к берегам мы должны признать начавшееся под влиянием изменений в температуре и солености вод развитие половых продуктов; последнее обстоятельство побуждает рыбу отыскивать более опресненную воду, необходимую для ее размножения. Под этим влиянием ход рыбы в Кольский залив, а вероятно и в другие заливы Мурмана, начинается в то время, когда реки еще покрыты льдом и только на порожистых местах в них замечаются свободные от льда площади. Появлению семги предшествует появление у берегов пинагора (Cyclopterus Iumpus), что наблюдается обыкновенно в двадцатых числах апреля8. Вслед за пинагором является в последних числах апреля или в самом начале мая весенняя семга — крупная, широкая (по [246] Шестронду, весом в среднем 15-17 фунтов). По Солдатову, она появляется одновременно, как в местах около самого океана, так и у Колы, в конце залива. Весенняя семга — главным образом самки; у самцов часто наблюдается крюк на конце нижней челюсти, доказывающий, что самцы весеннего ходя уже побывали в пресной воде. Эта семга та самая,которая называется “закройкой” в Белом море. по измерениям Солдатова, икринки достигали во второй неделе мая только размера всего лишь 2 миллиметров в диаметре.

Вслед за тем, приблизительно через месяц, начинается вход в губу летней семги, между которой преобладают тоже самки. Она отличается от вешней только меньшим в среднем весом.

Одновременно с летней семгой является “тинда”, семга небольших размеров, по преимуществу мужского пола, весом от 2 до 5 фунтов. Ход тинды, по наблюдениям Шёстронда, продолжается до последней трети июля; единичные экземпляры попадаются и в августе. Яичники, как и семянники, мало еще развиты у тинды.

В августе начинается ход осенней семги, крупной и жирной, который продолжается до замерзания рек, если не дольше, на что указывает сообщенный Солдатову факт поимки в конце ноября 1901 г. свежей семги (весом в 18 фунт.), бившейся на льду выше незамерзающего Плечного порога, в трех верстах от устья реки Колы.

У осенней семги половые органы очень мало развиты, и я склонен разделять мнение Данилевского9, Зелиго10, Барфурта11, которые предполагают, что “осенняя семга” или “зимний лосось”, как ее зовут на Рейне, или “серебряный лосось” (на Висле), заходит в устья рек, в ожидании найти здесь подо льдом покойные места для зимовки, не опасаясь преследования в реках акул, дельфинов и нерп, единственных опасных врагов для бойких и сильных лососей.

Касательно предположения названных автором о возвращении осенней семги, или зимнего или серебряного лосося весною обратно в море, я склонен присоединиться к мнению г. Солдатова о том, что эта гипотеза никакими фактами не подтверждается. Я того мнения, что семга, не нерестившаяся предварительно и раз уже вошедшая в реку, ее уже не оставляет. Я полагаю, что семга подо льдом поднимается мало по малу в течение зимы до места нереста и что свежая семга, которую, по словам Солдатова, лопари наблюдают большими массами тотчас после вскрытия Туломы у Падуна, или которую лопарь Титов [247] ловил выше порога “Крывца” рано весною, когда вся Тулома еще покрыта была льдом, есть просто осенняя семга, которая в течение зимы, не гонимая возрастающей потребностью к нересту, медленно поднимается к местам нереста. Вопрос этот очень легко можт быть решен. Следует только у пойманной рано весною у Падуна или Крывца семги исследовать содержание желудка. Нахождение в нем пресноводной рыбы служило бы явным доказательством тому, что семга в течение зимы была в реке, где она, как известно, на пути к местам нереста весною или летом, пищи, за исключением разве насекомых, их личинок и червей, не принимает. В желудках осенней (зимней) семги на Поное я нашел лишь какую-то слизь.

Весенняя и летняя семга — серебристого цвета с несколько темной спинкой. На брюшке и у грудных плавников имеется розоватая окраска. Осенняя рыба серебристо-белого цвета.

По мере развития икры, блестяще-белый цвет рыбы теряется, семга темнее, эпидермальные оболочки утолщаются настолько, что боковой линии разобрать уже нельзя, и перед самым нерестом, который, со слов спрошенных Солдатовым лопарей, не начинается раньше начала сентября, к темной окраске прибавляются еще пятна красного и желтого цвета. Показания лопарей подтверждаются поимкою Солдатовым в конце августа тинды с почти зрелыми молочниками и хариусов, 14-го сентября, с желудками, битком набитыми смесью свежих икринок семги с песком. С этого времени вся семга, которую ловили, была с текущими икрой и молоками, и только в конце месяца стала попадаться семга с почти выметанной икрой. К средине октября нерест совершенно оканчивается.

Места для нереста семга выбирает, по наблюдениям Солдатова, на отмелях, глубиною меньше 1 метра, в порожистых участках с быстрым течением и песчаным или мелкокаменистым грунтом. Специально для кладки икринок семга выбирает столь мелкие места, что часть спинки и спинного плавника рыбы выдаются из воды. Нерест происходит только днем, ночью самец и самка стоят неподвижно, отдельно друг от друга, в более глубокой воде. Выметав икру, семга или, как ее зовут тогда, “лох” немедленно спускается обратно вниз по течению в море. Лох так слаб, что его тащит вниз течением, как безжизненное тело. Эти несомые течением рыбы, которые только в порогах силятся спускаться хвостом вперед, называются “волчоками” Они совсем почти черного цвета.

Но только та часть семги осенью будет вынесена в море, нерестилища которой не в дальнем от него расстоянии. Главная же масса [248] лохов скатывается обратно в море вместе с весенним льдом. Весенний лох отличается от осеннего беловатым цветом.

Касательно мальков Солдатов еще не успел собрать положительных данных. По словам нотозерских лопарей, попадаются им мальки кумжи и “дети семожьи” весною и летом в реках и озерах, в числе другой мелкой рыбы.

Как весною семга до входа в пресную воду рек некоторое время “отстаивается”, т. е. придерживается местностей вблизи устьев рек с опресненной водой, и готовится ко входу в реки, так и возвращающийся из рек лох некоторое время тоже держится вблизи устьев рек, готовясь к возвращению в соленые воды моря. Так, один волчок, уже несколько оправившийся, был пойман 2/15 июня в Средней губе Кольского залива. Подобные случаи поимки тощих белых лохов случаются не редко, по показаниям промышленников, на различных тонях Кольского залива. Белые лохи также попадаются в заборах всех рек.

По данным, заимствованным из отчетов Архангельского статистического комитета, ловилось лопарями, колянами и колонистами во внутренних водах и перед устьями рек в заливах нижеследующее количество семги (в пудах). К сожалению, за последние 3 года уловы не показаны по волостям, и поэтому нельзя следить о том, сколько наловлено было специально лопарями.

Год. Колонисты. Кола. Лопари.
1882 106 85 830
1883 750 47 1800
1884 340 613 2365
1885 1068 725 1900
1886 100 2210
1888 497 540 2450
1889 800 703 1900
1890 1064 530 1750
1891 1059 590 1630
1893 700 630 1730
1894 300 1700
1895 388 1600
1896 650 2350
1897 770 4280

Улов специально в Кольском заливе (по Солдатову).

В— руб.  
1899 3680 16250 „ [249]
1900 1571 11244
1901 1240 10540
1902 860 9372

Последний год был особенно неудачен по случаю высокой воды во всех реках. В одной Туломе наловлено, по данным, полученным Солдатовым из Лопарско-Кольского волостного правления:

Год. Пудоввесенней. На сумму. Пудовосенней. На сумму. Всегопудов. На сумму.Руб.
1870 524 943 14 42 534 985
1872 418 752 25 75 443 827
1880 528 1830 528 1830
1883 791 3038 791 3038
1884 464 1760 464 1760
1885 440 1689 440 1689
1886 432 1339 432 1339
1887 806 2498 21 809½ 2519
1888 541 1677 541 1677
1889 316 948 49 294 365 1242
1890 294 882 244 882
1891 300 900 11 66 311 966
1892 294 505 24½ 125 318½ 630
1893 510 1095 11 57 523 1152
1894 464 997 30 154 494 1151
1895 190 849 180 849
1896 158 655 158 655
1897 309 1438 309 1438
1898 987 4091 987 4091
1899 470 1750 470 1750
1900 406 2100 406 2100
1901 597 2765 597 2765
1902 72 378 72 378

Колебания:

Улов в Коле-реке 1897-1901 г. 15-35 п. 1902 г. п.
Мучке 1898-1901 130-165 100
Воронье среднее 300 100
Оленка 1898-1900 10-20 2
Харловка 100-200 100
Лица 60-90 14
Варсина среднее 300 23
Сидоровка 50-100 9

Для других рек сведений не имеется.

Интересный результат получается при сравнении цифре, выражающих улов в Кольском заливе и на Туломе. В течение 30-летнего периода наибольшее количество семги ловилось на Туломе в 1898 г. [250] Улов этого года в Кольском заливе не принадлежит к числу самых больших. Много семги, значит, попало в Тулому, в то время, как в 1899 г., при улове в Кольской губе, превышающим улов 1898 г. в два раза, улов в Туломе оказался слишком в 2 раза меньше прошлогоднего. Он принадлежит только к посредственным уловам, в то время, как улов 1901 г., когда в Кольском заливе мало ловилось семги, на Туломе было хорош. Результат его (597 пудов) занимает 4 место между уловами последних 30 лет, больше ловилось только: в 1898 г. — 987 п.; в 1887 г. — 806 п. и в 1883 г. — 791 пуд.

Уловы семги перед реками, впадающими в Варангерский, Печенгский и Мотовский заливы или прямо в океаны, значительно меньше уловов пред устьями рек, впадающих в Кольский залив.

Семга ловится как в гарвах и неводах, так в тайниках и заборах. Кильноты не часто видишь и то большей частью у колонистов норвежцев и финляндцев, колонистами с берегов Белого моря занесены на Мурман и засеки12. Все эти сети, из которых кильноты надо признать самыми лучшими, имеют нечто общее, а именно сеткою преграждается идущей вдоль берега семге доступ к устьям реки, что заставляет ее, при отыскивании свободного прохода, или путаться в сетях, или попасть в ловушку, из которой нет выхода. В самых же реках семга ловится заборами, о которых уже была речь при описании ловли семги у южно-терских берегов. Хотя из сопоставления статистических данных нельзя усмотреть падения уловов семги, однако, для обеспечения семожьего промысла надлежало бы установить проходы в заборах, запрет промысла острогой во время и после нереста и лова весьма малоценного лоха. Необходимо конечно, запретить и продажу колотой рыбы, а также установить действительный надзор за рыболовством.

Что касается лова другой (кроме семги) озерной и речной рыбы, статистические данные о котором еще больше хромают, нежели в отношении семги, то я должен заметить, что лопари, или лучше сказать преимущественно лопарки и дети, производят его с некоторым перерывом с весны до глубокой осени, живя в вежах или кое-где в избах по берегам рек и озер; промысел этот ведется довольно примитивными снастями, между которыми главную роль играет невод, довольно малых размеров, соответственно слабым силам самих промышленников. Если я и привожу данные статистические, то должен [251] заметить, что они относятся в лучшем случае к той рыбе, которая поступила в продажу, т. е. к кумже, сигу и хариусу. Не надо забывать, что рыбою внутренних вод лопари прокармливаются.

Говорить об уменьшении рыбы во внутренних бассейнах было бы смешно, в виду незначительности улова в сравнении с весьма обширным пространством внутренних вод. Если иногда лопари чувствуют к весне недостаток рыбы, то виноваты не бассейны, которые эксплуатируются лопарями, а их нерасчетливость и лень.

О промыслах речной и озерной рыбы русских волостей сведения еще неудовлетворительнее. По данным, которые приведены ниже в таблице (стр. 252), явствуют, что только промыслы лопарей носили характер действительного промысла, хотя не понятно, почему число промышляющих показано то цифрами между 200 и 300, то цифрами между 400 и 600. Имелось ли в первому случае в виду число промышляющих веж, во втором число лопарских дворов вообще — судить трудно. В отношении русских волостей господствует такая неправильность, что их пресноводный промысел носит характер как будто чисто случайный, которому опять-таки противоречат сравнительно крупные цифры, держащиеся в рамке весьма возможных колебаний последних лет, за которые дана только общая цифра наловленной внутри Лапландии рыбы.

Примечания

[232]
1 Н. Смирнов. О морском зверином промысле на русских судах. Спб., 1901 г.

[236]
2 По данным Н. Я. Данилевского.

[239]
3 Подробное описание орудий лова встречается, между прочим, у Солдатова, в его “Отчете по исслед. семожьего промысла в Кольском заливе и на восточном Мурмане, 1902 г.” (Экспедиция науч.-пром. исслед. на Мурм. Отчет за 1902 г.), у Данилевского “Исследования о состоянии рыболовства в России”, т. VII, Спб., 1862 г., у Дергачева “Русская Лапландия” 1877 г. и проч.

[240]
4 При проверке мною в этом году данных литературы об Умбской семге, оказалось, что по величине и весу взрослая Умбская семга превышает Понойскую: она стоит весьма близко к Мурманской.
5 Это указание на величину межени до 8 фунтов дает повод предполагать, что и в Белом море существует ход летней семги, принятой Данилевским за крупную тинду.

[243]
6 В Сороках селедка мечет икру в начале зимы и около Егорьева дня.

[245]
7 В. К. Солдатов. “Отчет по исслед. семожьего пром. Кольского залива и вост. Мурмана 1902 г.” Петербург, 1903 г.
8 20-го апреля 1896 года я обпл у чайки только что пойманного во время ..а пинагора в Еретиках (устье Урской губы).

[246]
9 Исследования в России состояния рыболовства т. VI, стр. 33.
10 Der Weichsellachs, p. 50. Mith. d. Westpreus. Fischerei-Ver.
11 Über Nahrung und Lebensweise der Salme, p. 25-30.

[250]
12 Подробности см. В. К. Солдатов: “Отчет по исследованию семожьего промысла Кольского залива и Восточного Мурмана”.

<<< к содержанию | далее >>>

© OCR И. Ульянов, 2013 г.

© HTML И. Воинов, 2013 г.

 

| Почему так называется? | Фотоконкурс | Зловещие мертвецы | Прогноз погоды | Прайс-лист | Погода со спутника |
начало 16 век 17 век 18 век 19 век 20 век все карты космо-снимки библиотека фонотека фотоархив услуги о проекте контакты ссылки

Реклама: *


Пожалуйста, сообщайте нам в о замеченных опечатках и страницах, требующих нашего внимания на 051@inbox.ru.
Проект «Кольские карты» — некоммерческий. Используйте ресурс по своему усмотрению. Единственная просьба, сопровождать копируемые материалы ссылкой на сайт «Кольские карты».

© Игорь Воинов, 2006 г.


Яндекс.Метрика