В начало
Военные архивы
| «Здания Мурманска» на DVD | Измерить расстояние | Расчитать маршрут | Погода от норгов |
Карты по векам: XVI век - XVII век - XVIII век - XIX век - XX век

 

Охочинский

Изд. "Русская земля. Область крайнего севера". Т I.//Издатель: Типо-литография М.П. Фроловой. С.-Петербург, 1899 г.

В рассказе приводятся обстоятельства сопровождавшие открытие архипелага "Земля Франца Иосифа" австрийской экспедицией под руководством Паера.

№3

[34]

3. Два года на льдине. (Рассказ Охочинского).

В июле 1872 года австрийский пароход „Тететгоф“ покинул Норвегию для исследования Ледовитого океана. Капитаном был Паер; кроме него на пароходе находилось 23 человека офицеров и матросов. [35] Восемь больших лохматых собак довершали население.

Уже на одиннадцатый день по выходе Тететгофа из норвежского города Тромсе путешественники заметили беловатых отблеск на северной стороне неба и поняли, что отблеск этот происходит от гигантских льдин, которые плывут им навстречу, хотя их самих пока не видно. Еще два дня пути и пароход очутился между плавучих льдов, которые усеивали все видимое пространство океана и, мерно покачиваясь на волнах, плыли к югу. Теперь только полярная природа предстала перед глазами путешественников во всей полноте своего летнего вида. Причудливо-разнообразные льдины таяли под лучами солнца, и с них текли потоки воды с гармоническим шумом. По временам та или другая льдина раскалывалась на куски, которые с оглушительным треском рушились в морские волны. Целые стаи гагар и чистиков носились над льдинами, и из воды порою показывалась умная голова тюленя, или поднимался кит, и далеко слышно было его фырканье, похожее на тяжелые вздохи.

Тететгоф смело шел между гигантскими льдинами, но с каждым днем лед становился все гуще, и плавание делалось затруднительнее. Наконец лед сгустился [36] до такой степени, что нельзя было двинуться с места. Пришлось стоять в ожидании, пока льдины разойдутся. Но они не только не расходились, а еще сгущались все плотнее вокруг парохода и, наконец, совсем затерли его. С этого дня Тететгоф стал пленником льда.

В первые дни плена люди жили надеждой, что ветер сломает ледяные поля; но этого не случилось, а напротив, льдины все плотнее смыкались в сплошную массу, в которую крепко вмерз пароход. Как ни бились люди: и распиливали лед и взрывали его порохом, лишь бы прочистить себе канал в открытое море,— ничего не помогало. Пришлось отдать себя на произвол судьбы и плыть вместе с этою гигантскою льдиной, куда понесет ее течением океана. А оно медленно несло лед на север, между Новой Землей и Шпицбергеном.

Время шло; наступила осень. Дни укоротились. Солнце только на короткое время появлялось над горизонтом и тотчас опять исчезало. Вокруг Тететгофа печально и спокойно расстилалась со всех сторон ледяная поверхность, навевая на душу тоскливое чувство. Теперь уже ни одно живое существо не нарушало мертвого покоя засыпавшей природы. Только изредка появлялась запоздавшая чайка и, быстро [37] хлопая крыльями, как стрела улетала на юг, прочь из этого царства полярной стужи.

13 октября начался так называемый напор льда. Грозно вздымались ледяные горы и лезли одна на другую. Воздух дрожал от треска и грохота ломавшихся льдин, и часто шум доходил до какого-то дикого рева. Бедный Тететгоф трещал, качался и вздрагивал. Люди оделись по-походному и, захватив самое необходимое, с ужасом ждали той минуты, когда пароход будет раздавлен льдом. Спали совсем одетые и при всяком треске выскакивали на палубу. Так продолжалось недели две. Однако все кончилось благополучно, и льдины успокоились.

28 октября в последний раз взошло солнце, выглянуло на несколько минут и сейчас скрылось. С этих пор оно не всходило больше, и началась одна непрерывная ночь. Только луна освещала по временам неровную поверхность льда, среди которой, однако стоял корабль, весь обледенелый, засыпанный снегом, и его обындевевшие канаты казались ледяными и сверкали в лучах луны.

Потянулась скучная, долгая зимовка. Люди разместились в двух каютах: в одной — офицеры, в другой — матросы. В железных печах непрерывно горел каменный [38] уголь, но все-таки было так холодно, что одеяла примерзали ночью к стенам, а под постелями накоплялись за ночь целые груды снега. Когда кто-нибудь входил в каюту, то его меховая одежда была настолько холодна, что капля воды, случайно попавшая на нее, моментально превращалась в лед, даже возле самой печки. Да и не мудрено, так как морозы стояли ужасные, и ртуть в термометре, выставленном наружу, давно замерзла и была так тверда, что ее можно было ковать.

Для развлечения офицеры устроили чтения и рассказы для матросов и знакомили их с различными странами и народами. Уроки зачастую прерывались охотой на белых медведей. Эти хищные бродяги шляются везде в Северном Ледовитом океане. Не боясь нисколько самых лютых морозов, они ходят по островам, плавают на льдинах и везде жадно нюхают воздух — нет ли где поживы. Почуяв корабль, где всегда бывают запасы солонины и сушеной рыбы, медведи близко подходили к нему в надежде поживиться. Матрос, стоявший на палубе сторожем, издали замечал их при лунном свете и стучал в пол, давая этим знать в каюту о близости зверя. Тогда лучшие стрелки брали ружья и выбегали наверх. В большинстве случаев удавалось убить [39] медведя одним выстрелом, но иногда он убегал раненый, и люди пускались его преследовать. Это было не малым развлечением в скучной, однообразной жизни. Таким образом, убили в зиму больше 50 медведей. Сперва не решались их есть, но потом попробовали, и нашли, что мясо их недурно, так что убитый медведь съедался весь, а внутренности отдавались собакам.

Другим развлечением была езда на собаках. Нескольких собак запрягали в легкие сани, в которые садился кто-либо из людей и выезжал их, как выезжают лошадей. Случалось при свете месяца значительно удаляться от корабля, только неровная, вся изломанная поверхность льда сильно мешала езде.

По временам, в тихие звездные ночи, небо, льды и корабль озарялись трепетным светом северных сияний, которые были так великолепны, что люди по целым часам мерзли на палубе, любуясь этим чудным явлением полярных ночей.

Между тем прошли рождественские праздники, прошел и Новый год. Тететгоф по-прежнему подвигался на север вместе со своею льдиной, что заметно было по полярной звезде, которая каждую ночь поднималась все выше и выше над горизонтом. [40]

В конце января стал появляться по полудням слабый свет зари на южной стороне неба. Всякий день он делался все ярче и ярче, и наконец, 16 февраля в первый раз взошло солнце и на несколько минут озарило окрестность пурпуровыми лучами. В немом восторге стояли люди, взирая на светило, которое приносило им давно желанные блага — свет и тепло. Однако ж на первый раз солнце очень скоро опять скрылось, и снова засияли звезды на темном небе.

Но каждый день оно все дольше и дольше оставалось на небе, и под его благодетельным действием стала исчезать бледность исхудалых лиц. В марте солнце уже перестало заходить вовсе, и ночей больше не было. Началось таяние льда, и в нем появлялись большие полыньи. В ясные дни, которые впрочем, были редки, лед ослепительно сверкал на солнце, так что небо и вода в полыньях казались черными сравнительно с ним. Прилетели первые гагары и другие птицы, но льды все еще не выпускали Тететгофа. В напрасном ожидании прошел весь июль, прошел и весь август. Теплота стала исчезать, а с нею и надежды людей. Погруженные в печальные думы, стояли на палубе и пристально смотрели в волнистый туман, сквозь который изредка проби[41]вался луч солнца. Вдруг сквозь этот туман показался ряд суровых каменных скал. Как очарованные смотрели на них люди, протирая глаза, как бы желая убедиться, не во сне ли они это видят. Но скоро сомнения исчезли, все убедились, что- то были действительно скалы, и радостный крик: „земля! земля!“— вырвался у всех путешественников.

Огромная льдина, державшая в плену Тететгоф, приплыла к каким-то островам, которые до той поры никому не были известны и не обозначались ни на каких картах. Упершись в эти острова, льдина остановилась, так что корабль был в верстах 10 от земли. Некоторые смельчаки пробовали, было добраться до нее, но густой туман так застилал собою льды, что не было никакой возможности идти по их неровной поверхности. Усталые и измученные, возвратились они на корабль.

Вторая попытка была удачнее. Несколько человек прошли изрытое и изборожденное ледяное поле и вступили на эту неизвестную землю. В неописанной радости заглядывали люди в каждую расщелину скалы, брали в руки каждый попадавшийся камешек и восхищались видом земли, которой они не видели уже больше года. Собаки разделяли восторг людей и с громким лаем прыгали с камня на камень.[42] Но земля эта была сурова и ужасна: она состояла лишь из голых черных скал, между которыми лежали снега и льды. Капитан Тететгофа назвал ее именем австрийского императора, землею Франца-Иосифа.

В течение нескольких недель делались экскурсии на вновь открытую землю, и составлялась карта ее берегов. Но пуститься в продолжительное путешествие внутрь нее никто не решался.

Между тем наступила вторая зима. Она прошла так же скучно и однообразно, как и первая, хотя не так благополучно для людей. Семь человек сильно страдали от цинги, а один из них, машинист Криш, был болен отчаянно. Болезненное состояние людей, недостаток припасов и безвыходное положение корабля заставили капитана решиться на следующую меру: как только придет весна — бросить корабль во льдах на произвол судьбы, а самим отправиться назад по льду до открытого моря. Когда было объявлено об этом матросам, все очень обрадовались.

Как только появилось солнце после 125-ти суточного отсутствия, на корабле началась оживленная деятельность, и в несколько дней все приготовления к путешествию пешком через льды были сделаны. Только одно печальное событие нарушило общую радость: дни машиниста Криша были сочте[43]ны. Болезнь его стала сильно развиваться к весне, и он впал в беспамятство. Только раздирающие душу стоны и хрипота больного показывали, что жизнь еще теплилась в умирающем теле. Наконец, 16 марта Криша не стало, а 19, в сильную метель, при двадцатиградусном морозе, труп его был перенесен на землю Франца-Иосифа, опущен там в расселину скалы и завален камнями. Скоро снег окутал белым саваном его могилу, и только простой деревянный крест указывал место погребения несчастного, погибшего так далеко от его родины.

12 апреля капитан велел поставить на скале вновь открытой земли австрийский флаг, а подле него зарыть бутылку, в которую была положена записка. В записке говорилось, кто и когда ее оставил, а также рассказывалась вся несчастная судьба Тететгофа.

20 мая люди с глубокою грустью покинули корабль. Одиноко остался он посреди льдов, и никто не знает, что сталось с ним впоследствии. Запрягшись по 11-12 человек в сани, на которых стояли лодки, нагруженные всем необходимым, люди тащили их понемногу через льдины, и им значительную помощь оказывали собаки, которые усердно везли сани рядом с людьми. Но труд этот был так тя[44]жел, что иной раз сани подвигались лишь по нескольку десятков шагов в сутки, и к концу мая земля Франца-Иосифа все еще ясно виднелась вдали.

Наконец стало чувствоваться волнение океана, которое равномерно то поднимало, то опускало лед. 14 августа перед глазами путешественников открылась безбрежная равнина свободного ото льда океана. Труднейшая часть пути была уже пройдена. Теперь предстояло плыть на лодках. С громким „ура“! отчалили люди от льдин и пустились в море. Но в самом же начале плавания случилось происшествие, которое сильно и надолго опечалило путешественников.

Дело в том, что собаки, которых посадили с собою, пришли от качки в такое беспокойство и стали так сильно метаться, что лодки того и гляди, могли опрокинуться. Вдобавок не было больше корма для них. Предстояло или бросить их на произвол судьбы или застрелить. Избрано было последнее, и, пристав к уединенной льдине, люди предали смерти своих верных друзей, с которыми столько времени они делили нужду и горе.

Напрягая все свои силы, гребли люди день и ночь. Впереди плыл капитан, направляя лодку по карте и компасу. Когда случалось, что та или другая шлюпка от[45]ставала и скрывалась в тумане, матросы трубили в рог, пока опять все собирались вместе. Капитан держал путь прямо к островам Новой Земли.

Через несколько дней показались какие-то ледяные громады, которые сначала сильно испугали путешественников, так как они приняли их за плавучие льды. Но оказалось, что это были покрытые снегом горы Новой Земли. Почти все время они были окутаны туманом и лишь изредка проглядывали сквозь него. Четыре шлюпки путешественников, как можно скорее плыли к берегу. От постоянной гребли руки у людей совсем одеревенели и распухли, так что всем было крайне необходимо отдохнуть хоть немного.

Когда наконец, подплыли к Новой Земле, люди вышли на берег, вытащили на песок лодки и разложили костер из сучьев, во множестве валявшихся вдоль берега: их приносить сюда издалека течение океана. С наслаждением разлеглись путешественники на мягкий мох и заснули крепким сном под глухой шум океана.

Отдохнув сутки, снова поплыли к югу, теперь уже вдоль самого берега Новой Земли,— берега пустынного, скалистого, необитаемого. Все надеялись встретить какой-нибудь запоздавший корабль русских про[46]мышленников, которые каждое лето приплывают к Новой Земле из Архангельска для того, чтобы охотиться за северными оленями, собирать гагачьи яйца и гагачий пух, а также ловить семгу в устьях речек. Но нигде не было видно ни живой души, ни следа присутствия человека. Вот, наконец, доплыли и до пролива „Маточкин Шар“, где всего дольше остаются русские промышленники. В проливе нашли опрокинутую вверх дном лодку, а возле нее давнишние следы людей. Очевидно, было уже слишком поздно, и все промышленники вернулись в Архангельск из боязни встретиться со льдами.

А между тем у людей осталось припасов только на 10 дней, и все были изнурены до крайности. Тем не менее, приходилось покинуть берег Новой Земли и плыть прямо к Норвегии, через океан, так как до Архангельска было не ближе, другие же берега Ледовитого океана безлюдны и пустынны. Оставалась лишь слабая надежда, не встретятся ли русские немного южнее, и потому решено было, прежде чем повернуть к Норвегии, проплыть еще вдоль берега Новой Земли.

Усиленно гребли люди, все еще не теряя надежды. Обогнут один скалистый мыс — все думают, что за ним, в бухте, появится корабль, но в бухте ничего нет.[47] Начнут с горем огибать другой мыс, увидят новую бухту, и в ней опять нет ничего. Так целый день.

Вдруг неудержимый крик радости вырвался у всех 23 человек: перед ними показалась лодка с двумя гребцами, которые с изумлением смотрели на плывущих к ним людей, закутанных в звериные шкуры, исхудалых, почерневших от стужи и ветра, а вдали виднелись две небольших русских шхуны.

С немым восторгом приближались путешественники к этим шхунам, стоявшим в бухте, окруженной скалами. Теперь они были спасены!

Первая шхуна, к которой пристала шлюпка наших путешественников, называлась „Николай“. Хозяин ее Федор Воронин, равно как и все матросы с участием и радушием приняли измученных гостей и предложили им все, что имели — семгу, оленье мясо, гагачьи яйца, чай и хлеб.

Один из путешественников знал немного по-русски и рассказал, кто они и как попали сюда. Русские же сообщили им, что они занимались здесь ловлей семги и охотой на северных оленей и что они простоят в этой бухте еще недели две. Понятно, как не хотелось этого Пайеру и его людям: они страстно желали вернуться как можно скорее на родину. По[48]этому Пайер уговорился с Ворониным, что тот немедленно поплывет с ним в Норвегию, за что получит 1,200 рублей, три лодки и два ружья. 3 сентября шхуна пришла в норвежский городок Варде, и наши путешественники, после 812-дневного странствования по Ледовитому океану, снова ступили на европейскую почву. Из Варде они немедленно послали телеграмму на родину, откуда за ними явился большой пароход.

 

© текст - Охочинский, 1899

© OCR - И. Ульянов, 2008

© HTML - И. В. Воинов, 2008

| Почему так называется? | Фотоконкурс | Зловещие мертвецы | Прогноз погоды | Прайс-лист | Погода со спутника |
начало 16 век 17 век 18 век 19 век 20 век все карты космо-снимки библиотека фонотека фотоархив услуги о проекте контакты ссылки

Реклама: *


Пожалуйста, сообщайте нам в о замеченных опечатках и страницах, требующих нашего внимания на 051@inbox.ru.
Проект «Кольские карты» — некоммерческий. Используйте ресурс по своему усмотрению. Единственная просьба, сопровождать копируемые материалы ссылкой на сайт «Кольские карты».

© Игорь Воинов, 2006 г.


Яндекс.Метрика